Опыт осуществления контроля за строительством сложных подземных объектов в Москве из центров управления проходкой (ЦУП) может быть использован при реконструкции Пушкинской площади и площади Тверской заставы.

Об этом сообщил руководитель Департамента дорожно-мостового и инженерного строительства города Москвы Александр Левченко.

А. Левченко напомнил, что в настоящий момент единственный в Москве ЦУП создан в районе станции метро «Сокол», где в рамках строительства многоуровневой транспортной развязки на Ленинградском проспекте ведется проходка Алабяно-Балтийского тоннеля под действующей линией метро.

«Раньше такого контроля, который достигнут сейчас, не было. А это позволяет обезопасить ведение работ», - отметил руководитель департамента.

По его словам, при строительстве подземных сооружений необходимо наблюдать за состоянием зданий, находящихся вокруг.

«Мы, конечно, и в дальнейшем будем использовать эту технологию. Я считаю, что это очень важно», - подчеркнул А. Левченко.

Глава ДДМС заметил, что опыт ЦУПов может быть использован при реконструкции Пушкинской площади и площади Тверской заставы, где в ходе реконструкции будет вестись подземное строительство.
 
По материалам Информационной службы портала "Строительный мир"
29 июня 2009

26 июня Госдума приняла в первом чтении президентский законопроект, значительно упрощающий порядок регистрации и отчетности российских некоммерческих организаций. За его принятие проголосовал 391 депутат, 57 — против.

Предыстория

Указом президента Владимира Путина в начале 2008 года штат Росрегистрации должен был быть снова увеличен чуть ли не в два раза к лету того же года. Однако этого не произошло.

7 мая прошла инаугурация нового президента Дмитрия Медведева, и уже 12 мая он издал указ, ознаменовавший конец эпохи Росрегистрации.

Еще накануне ожидалась волна из десятков тысяч исков о закрытии некоммерческих организаций (НКО) к осени 2008 года. С юридической точки зрения власть создала для этого абсолютно все необходимые предпосылки. Но этого не случилось внезапно, непредсказуемо и необъяснимо. Функцию по регистрации и контролю за 250-тысячной группой НКО из рук подготовленного и наработавшего опыт коллектива Росрегистрации вновь передали в структуру Министерства юстиции, которая на тот момент толком не имела даже своих подразделений в регионах России. Это демонстрирует реальную неожиданность принятого политического решения и для российской бюрократии. Однако иллюзий относительно личной независимой политической воли президента Медведева, направленной на либерализацию, безусловно, нет. Формула «Медведев – либерал», вне всякого сомнения, является конструируемой реальностью. Классическая игра в «хорошего – плохого» полицейского силами тандема Медведев – Путин идет как внутри страны, так и во внешней политике.

Подготовка почвы

Но нельзя не сказать, что в этом смысле гражданскому сектору России крупно повезло. Он попал в обойму показательной либерализации. В мае 2008 года прекратились проверки НКО. Отложилась подача новых исков о закрытии организаций. В ряде случаев уже поданные иски суды оставляли без рассмотрения в связи со сменой истца. Фиксировались даже факты отказов от исков со стороны Минюста.В январе 2009 года министр юстиции Александр Коновалов провел совещание с лидерами правозащитных организаций России, где он открыто заявил: «Цель активным способом прекратить деятельность как можно большего числа НКО перед Минюстом не стоит. Процесс проверок и отчетности должен быть эффективным и прозрачным».

В феврале был объявлен новый состав совета при президенте по правам человека, в который вошли новые «прозападные» либералы. В марте было объявлено, что главной повесткой встречи совета с президентом Медведевым будет изменение правового положения НКО в России.

В начале апреля Министерство юстиции опубликовало новые принятые регламенты, благодаря которым заметно облегчался государственный контроль над НКО. В это же время совет при президенте России по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства, в который вошла юридическая элита страны, разработал революционную «Концепцию развития законодательства о юридических лицах». Одним из прямых предложений этого документа является отмена закона «Об НКО» как такового, потому что он фактически дублирует положения Гражданского кодекса. Радикально предложено просто увеличить блок, регулирующий деятельность НКО, в Гражданском кодексе, а число типов НКО с нынешних двух десятков предложено сократить до 4–5.

Демонстрация тезиса «свобода лучше, чем несвобода»

Теперь власти предлагают более чем в два раза (с 30 до 14 дней) сократить срок регистрации НКО, ввести упрощенную процедуру отчетности для малых НКО с годовым бюджетом до 3 миллионов рублей ($100 тысяч). Важно, что предложено ввести процедуру приостановления регистрации организации до трех месяцев для представления недостающих документов. Дело в том, что до настоящего времени непредставление хотя бы одного документа влекло отказ в регистрации НКО с потерей госпошлины и необходимостью проходить всю процедуру заново.

В апреле президент Медведев заявил, что изменения в законодательстве об НКО необходимы и «есть много случаев, когда деятельность таких организаций ограничивается без достаточных причин».

Вторя главе государства, спикер Совета федерации Сергей Миронов сообщил, что государство демонстрирует доверие гражданскому обществу, избавляя НКО от избыточного контроля. И в мае была создана рабочая группа по изменению законодательства, которую возглавил заместитель главы администрации президента Владислав Сурков. Было объявлено о трех раундах либерализации законодательства: 1) экстренная – в виде самых важных для устранения главных препятствий, касающихся барьеров по регистрации (до 11 июля 2009 года); 2) либерализация налогового законодательства (осень-2009); 3) концептуальные изменения правового положения НКО (2010 год).

Этот законопроект нельзя назвать полностью позитивным, у него есть свои плюсы и минусы. Вообще все предложенные изменения можно разделить условно на три группы: позитивные, то есть те, которые действительно что-то меняют в лучшую сторону, формальные — те, которые в принципе не меняют содержания закона в нынешней редакции, и те, что меняют в сторону ухудшения.

Есть в данном законопроекте и формальные изменения, которые в принципе ничего не меняют, а лишь детализируют уже имеющиеся положения. Например, запрет чиновникам требовать для регистрации документы, не предусмотренные законом. Этого делать нельзя и в нынешней редакции закона. Любой юрист скажет, что перечень носит закрытый характер, а чиновник не вправе вводить дополнительные требования, не предусмотренные законом. Можно лишь предположить, что эту норму предлагается ввести для непонятливых чиновников.

Так и не понятна необходимость введения отдельного (усиленного) контроля над деятельностью НКО, получающих иностранные пожертвования. В стране и без Минюста действуют Росфинмониторинг, одной из основных функций которого является «сбор, обработка и анализ информации об операциях (сделках) с денежными средствами или иным имуществом, подлежащих контролю в соответствии с законодательством Российской Федерации», и Росфиннадзор, который «осуществляет контроль и надзор за соблюдением резидентами и нерезидентами […] валютного законодательства Российской Федерации, требований актов органов валютного регулирования и валютного контроля, а также за соответствием проводимых валютных операций условиям лицензий и разрешений».

Очередная дублирующаяся у нескольких органов функция — явно нецелевое использование бюджетных средств.

Самым большим недостатком этого проекта является то, что он направлен на изменение только федерального закона об НКО. А как же быть общественным объединениям, чья деятельность регулируется отдельным законом?

С одной стороны, общественные объединения в соответствии с законом об НКО — одна из правовых форм некоммерческих организаций, но правовой статус их регулируется отдельно. Неужели такая дискриминация общественных объединений действительно связана с тем, что чиновники ни в Минюсте, ни в администрации президента не делают различий между этими формами и впопыхах не узрели действующее законодательство в системе?

Ретроспектива

Несмотря на позитивную оценку последних инициатив властей в отношении НКО, последствия массированного трехлетнего прессинга на них преодолевать придется еще долго. Речь даже не о десятках тысячах закрытых и несозданных организаций, а о качественном изменении российского третьего сектора. Произошла заметная его поляризация по отношению к власти. С одной стороны, вслед за пухнувшем до кризиса от нефтедолларов бюджетом и развивающимся государственным финансированием (в частности по линии Общественной палаты) резко возросла доля прогосударственных организаций, безусловно, лояльных власти и поддерживаемых ею. С другой стороны, окрепла, получила важный опыт выживания группа оппозиционно и радикально настроенных к власти неправительственных организаций идеологического и общественно-политического толка. Антифашисты, альтерглобалисты, анархо-экологи, ЛГБТ-сообщества, независимые профсоюзы и т. п. из откровенной экзотики, какой они были еще несколько лет назад, стали заметными участниками политического процесса, в некоторых случаях даже формирующих федеральную повестку дня. (1) В этих условиях число нейтрально заряженных по отношению к власти влиятельных НКО, которые являются гарантией устойчивости гражданского сектора, резко сократилось.

Здесь в первую очередь речь идет о правозащитных организациях, которым в такой среде оставаться аполитичными крайне тяжело, но жизненно необходимо. Третий сектор сейчас заряжен и внутренне напряжен. Куда выльется эта социальная энергия – вопрос, но кризис его только стимулирует.

Перспектива

Говоря о вероятном будущем, аналитики прогнозируют качественные изменения государственного контроля за НКО России со сплошного метода, практиковавшегося Росрегистрацией, на избирательный — Министерства юстиции. С акцентом на спецконтроль определенных групп организаций. Это получатели иностранного финансирования и организации, потенциально находящиеся в сфере возможного действия антиэкстремистского законодательства (в первую очередь мусульманские религиозные организации). Первые шаги Министерства юстиции в 2009 году, взявшегося за контроль мусульманских религиозных объединений, подтвердили наши прогнозы.

Сегодня достоверность каких бы то ни было прогнозов существенно корректируется стремительно развивающимся экономическим кризисом, который все больше приобретает социальные черты.

В кризисных условиях власть в ожидании угроз социальных взрывов существенно отвлечена на противопожарные мероприятия в этой области, и, соответственно, контроль за НКО пока отошел на задний план.

В этом смысле именно сейчас настал максимально удобный момент для усиления связей российских НКО со своими партнерами и коллегами из стран развитых демократий и усиления гарантий от произвольного деструктивного вмешательства государства в неправительственный сектор России.

Крайне важно, чтобы во многом случайное включение в показательную волну либерализации неправительственных организаций привело к законодательным позитивным изменениям их правового статуса с последующим внедрением новых стандартов в правоприменительную и судебную практику.